Эвенкийские сказки

Сделаем небольшой перерыв в подробном описании экспедиции Федора Розмыслова и опубликуем три сказки из сборника М. И. Ошарова, 1936 г. Сказки 18+, т. к. присутствуют жестокость и убийство.

Богатырь и клей

Был давно один богатырь. Ходил он по земле и на всем пробовал свою силу. За что ни возьмется, то и поломает и искрошит. Он хвастался силой. Все люди боялись его. Но нашелся один смелый человек и сказал богатырю:
— Говорят, ты очень сильный. Но я знаю рыбий клей, которого ты, однако, не одолеешь!
— Какой такой клей? — спросил богатырь.
— Хочешь его испытать?

Богатырь согласился. Он лег, смеясь, на облитую клеем каменную плиту и долго лежал на ней неподвижно. Когда высох клей, человек сказал богатырю:
— Пробуй-ка, вставай помаленьку.

Богатырь хотел пошевелить плечами, спиной, но ни плечи, ни спина не шевелятся. Уперся ногами в плиту и не смог приподняться. Осердился. Ударил изо всей силы в камень ногой и пополам разорвался. С тех пор и не стало на земле страшного богатыря.

Собрано и обработано М. Ошаровым
Июнь 1928 г., Байкит, рассказал Сакура

Примечание. Эвенки делают клей из плавательного пузыря осетра и из кожи налима. Лучшим считается осетровый клей. Он служит для склеивания луков, им смазывают тетиву, используют в изготовлении лыж и т. д.

Волк и лисица

Холодно волку. Голодный он. Идет заячьей тропинкой, хочет зайца добыть. Встретился с лисицей. Думает — съем!.. А лисица и говорит:
— Волк, мне холодно. Давай будем греться и повеселимся.
— Как?
— Ты мне свяжи ноги и я стану прыгать, кувыркаться, а ты смейся.

Волк связал ноги лисице, и она начала падать, перевертываться. Волку смешно. Повеселила лисица волка и говорит ему:
— Я устала. Развяжи мне ноги да повесели меня. Мне теперь тепло. Давай я свяжу тебе ноги. Ты поиграешь, потом опять свяжешь.

Волк согласился. Лисица крепко связала ему ноги. Лежит, встает, падает, крутится волк, а лисица хохочет над ним. Устал волк забавлять лисицу и просит ее развязать ноги.
— Играй! — сказала ему лисица, а сама — в лес.
Лежит волк. Подлетела к нему белая птичка.
— Птичка, развяжи мне ноги. За это я накормлю тебя мясом и кишками.

Птичка скривила себе лапки об узел, но ноги волка развязала. Задавил волк оленя, напился крови, разорвал ему брюхо и оставил птичке оленя. Залезла она в разорванное брюхо оленя, выпачкала белые перышки кровью и пошли от нее с тех пор красногрудые птички — клесты.

Волк шел по следу лисицы. Нашел мерзлый конский шевяк (прим. навоз), который грызла лисица. Об него она сломала свой клык. Идет волк следом дальше, ищет лисицу. Смотрит — в лесу горит огонь, а кругом него сидит много лисиц.
— Это они на суглан собрались, — подумал волк и сел с лисицами в круг.

Сидит волк тихонько, поглядывает на лисиц, а лисицу-обманщицу найти среди них не может. Все они рыжие, как одна. Как ее узнаешь?

Посидел, посидел волк, вспомнил о сломанном зубе, подскочил к огню и давай бить хвостом по костру. Хвост горит, а лисицы смеются. Тогда увидел волк беззубую лисицу, подсел к ней и говорит:
— Из обожженного хвоста все вши перебежали ко мне на голову. Ты поищи их маленько.

Лисица покусала вшей в голове волка и говорит ему:
— Хорошо, я поискала у тебя вшей, теперь ты поищи у меня в голове.

Волк стал кусать вшей у лисицы. Кусает и спрашивает лисицу, где поискать.
— За ухом, за ухом зудит. Там покусай хорошенько.
Волк так куснул свою обманщицу-лисицу, что она сразу издохла.

Собрано и обработано М. Ошаровым
Июль 1923 г., Катанга, рассказал Тагача

Заяц-шаман

Давно, в старину это было. Один заяц нашел в лесу лопаточную кость, взял ее и объявил себя большим шаманом. Услышали об этом зайцы, обрадовались и пошли все шаманить к своему шаману. Одни пришли к нему подлечиться, другие — узнать о своей судьбе. Большой шаман знает все!

Собрались. Зажгли костер, сели кругом и ждут, когда начнет шаманить заяц-шаман. Ударил шаман лапкой в свой бубен — костяную лопаточку, вытянулся, запел:
«В горелом лесу — боов!
Дорога моя торная — поов!..»

Подпрыгнул, потоптался, ударил в кость, запел:
«В горелом лесу — боов!
Дорога моя торная — поов!..»

Кувыркнулся через голову и то же:
«В горелом лесу — боов!
Дорога моя торная — поов!
В горелом лесу — боов!..»

Бубнит да поет, поет да бубнит:
«В горелом лесу — боов!..»

Ждали, ждали зайцы, когда заяц-шаман шаманить начнет, да так и ушли от него ни с чем. С тех пор и живет в тайге великая слава о большом хвастуне — зайце-шамане.

Собрано и обработано М. Ошаровым
Июнь 1925 г., Ерабо, рассказал старик Калтан

zayac

Другие публикации раздела:

Добавить комментарий