Запретный путь в Сибирь

В непосредственной связи с Печорским путем, можно сказать, одним из его разветвлений, был морской путь: «морем океаном, мимо Пустозерского острога», которым промышленники поморских городов несомненно пользовались уже в первой половине XVI века и продолжали ходить до 1620 года, когда путь этот был закрыт для них вследствие запрещения, последовавшего от властей. Путь этот сами промышленные люди описывали так: «от Архангельского де города, из Колмогор и с Пинеги ходят они в Мангазею на Кулуйское устье и на Канин нос… и Югорским шаром… и на Карскую губу в Мутную реку (впадающую в восточную часть Карского моря) через сухой волок (срезывая таким образом полуостров Ямал) на Зеленую реку (впадающую в Обскую губу) и в Обь, да в Тазовскую губу, а ходят в малых кочах».

Отправляясь с Двины с Петрова заговенья, приходим к устью Мутной реки на Успеньев день (15 августа) и на Семенов день (1 сентября). Путь этот был труден и опасен: «а коли Бог не даст пособных ветров, и время опоздает, и тогда все кочи ворочаются в Пустоозеро; а коли захватит на Мутной или Зеленой реке позднее время и на тех реках замерзает и животишка свои и запасы мечут на пусте, а сами ходят на лыжах в Березовский уезд». Тем не менее, этим страшным путем ходили не одни случайные искатели приключений.

В 1617 году на допросе промышленные люди показывали, что многие из них ходят «с Пинеги с Мезени и с Двины морем… в Мангазею для промыслов лет по 20 и по 30 и больше». Так, при царе Федоре ходил «проведывать Обского пути» гость Лука четырьмя кочами: в 1601 году этим путем пришло в Мангазею 4 коча, на которых ехало 40 человек во главе с кочехозяевами, в 1602 году — столько же, в 1610 — 160 человек на 16 кочах. Точно так же и в 1618 и 1619 годах, «пришли морем многие люди».

По следам русских промышленников в середине XVI века этим путем пробовали воспользоваться английские исследователи для открытия северного морского пути в Китай. В 1556 г. путь «морем вдоль побережья реки Печоры на восток» сделался известен Стефану Бурро от промышленников (см. Первые путешествия иностранных мореплавателей к Новой Земле: Бурро и Брюнель), ездивших на моржовые промыслы на Печору и на Обь. Несколько позднее Дженкинсон вывез из своих странствований по России сведения о баснословной Malgomzaia, подчерпнутые из «Сказания о человецах незнаемых», и эта маленькая нелепая запись, переведенная на английский язык, послужила путеводной нитью для смелых научных гипотез и отважных морских предприятий. Ряд английских и голландских экспедиций во второй половине XVI и в первые годы XVII века обследовали этот путь — Уиллоуби в 1553 г., Бурро в 1556, Пет и Джаксон в 1580, Корелиус Най и Виллем Баренц в 1594-1596, Гудсон в 1608 г. — тщетно стремясь пробиться на восток через непроходимые преграды северных льдов.

Слухи об этих экспедициях вызвали серьезное беспокойство в русской администрации Сибири, особенно, когда в 1616 году выяснилось, что Енисей впадает в морскую губу того именно Студеного моря, «которым ходят немцы из своих земель к Архангельскому городу, и приезд к енисейскому устью есть… и большими кораблями из моря в Енисею пройти можно». Одновременно возникали и другие опасения, как бы при проезде морским путем русские промышленники не стали избегать внутренних таможен, и не произошло от того «истери» государевой казне в пошлинах.

Эти соображения фискального и политического свойства заставили правительство в 1620 году, после некоторых колебаний, издать «крепкий заказ», воспрещавший под страхом тягчайших наказаний пользоваться «старою дорогою — большим морем». На волоке между Мутной и Зеленой рекой «для береженья проходу немецких и торговых людей» была устроена застава, на которую на время навигации посылались небольшие отряды служилых людей. С тех пор великий морской путь закрылся для предприимчивых поморов, но память о «заповедной», «воровской» дороге «Океанскою проливою» долго жила среди «ведомых» морских ходоков Поморья, покрываясь налетом легенды.

Долго еще ходили среди них толки о том, «что Обским устьем в большое море и большим морем в Литву и в немцы пройти можно». Предания о ней дошли до XVIII века, когда в 1753 году П. И. Шувалов, «уведомившеся», что «в прошлых годах» морем «промышленников хаживало не малое число», отчего «промышленный народ весьма пользовался» и выхлопотал себе на этом основании разрешение образовать компанию для эксплуатации звериных промыслов по берегам Ледовитого океана до реки Таз. Но только во второй половине XIX и начале XX века, благодаря экспедициям Норденшильда и Нансена и усилиям русских предпринимателей Сидорова и Сибирякова, окончательно выяснилась возможность пользоваться «старой морской дорогой» для сношения с северным побережьем Сибири.

Далее мы рассмотрим Камский путь в Сибирь.

Профессор С. В. Бахрушин. «Очерки по истории колонизации Севера», 1922 г.

Другие публикации раздела:

Добавить комментарий